Борьба с коррупцией в россии в советский период. Хищения и коррупция – становой хребет ссср

На трибуне XXV съезда КПСС первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС Сергей Фёдорович Медунов. 1976 г.

30 лет назад, в июне 1983 г., состоялся пленум , на котором из состава ЦК вывели 2 человек. Один из них – Сергей Медунов , в недавнем прошлом 1-й секретарь Краснодарского крайкома КПСС. Второй – Николай Щёлоков , освобождённый от обязанностей министра внутренних дел СССР через месяц после смерти Брежнева. Формулировка, с которой принципиальные члены ЦК изгнали из своих рядов бывших товарищей, звучала расплывчато: «За допущенные ошибки в работе» . Но советские граждане, привыкшие читать официальные сообщения между строк, всё поняли правильно.

Борьба со стажем

Официально считалось, что коррупции в СССР не было. Тем не менее, первый советский антикоррупционный документ был всего на полгода моложе . Декрет Совета народных комиссаров «О взяточничестве» от 8 мая 1918 г. предусматривал не менее 5 лет лишения свободы и привлечение «к наиболее тяжёлым и неприятным принудительным работам». УК 1922 г. грозил за взятки расстрелом , но это мало кого останавливало. При НЭПе чиновники брали за разрешение открыть бизнес, во время войны – за освобождение от .

В 1948-1949 гг., когда сталинская вертикаль власти, казалось, была на пике своего могущества, в СССР прошло 3 закрытых судебных процесса по коррупции. Прокуратура вскрыла «многочисленные факты взяточничества, злоупотреблений, сращивания с преступными элементами и вынесения неправосудных приговоров и решений в судебных органах Москвы, Киева, Краснодара и Уфы» . Только по Москве было арестовано 111 человек. При Хрущёве и Брежневе коррупционеры трудились с ещё пущим размахом. Регистрируемое взяточничество возросло в 25 раз!

Печника – в майоры

О злоупотреблениях в Краснодарском крае было известно всей стране. Немалое количество выходцев из тамошней номенклатуры привлекли внимание ещё в конце 70-х годов, когда раскручивалось знаменитое «икорное дело» . Тогда за дачу взятки заместителю министра рыбного хозяйства СССР Рытову был арестован директор сочинского магазина «Океан» Пруидзе . Выяснилось, что через его торговую точку за границу нелегально продавали чёрную икру в больших банках с маркировкой тихоокеанской сельди. Очевидно, что такой размах махинаций требовал очень серьёзного прикрытия . И оно в лице «хозяина» гостеприимного и друга Брежнева Сергея Медунова у жуликов было.

«Пригрелся под крылом Брежнева и сам по себе, возможно, был неплохим человеком, – вспоминал о нём Александр Коржаков, бывший глава Службы безопасности Президента РФ, – но настолько добрым, точнее – «добреньким», что при нём коррупция в крае расцвела махровым цветом…» В 1983 г. Медунов был исключён из партии и лишён всех наград, однако вскоре всё это вернули. Он умер в Москве в 1999 г., а через 7 лет в в его честь установили мемориальную доску .

Судьба Щёлокова сложилась не так удачно. После того, как его лишили звания генерала армии и всех наград, кроме тех, что были получены на войне, да вдобавок выгнали из КПСС, он застрелился. Оставшееся от него «наследство» поразило воображение. По словам следователя Центральной контрольной комиссии Густова, Щёлоков брал всё – от «мерседесов», подаренных МВД правительством к Олимпиаде-80, до детских кроваток. Картины известных русских мастеров (Николай Анисимович был ценителем живописи) он хранил под кроватью – на стенах места не хватало. Многочисленная прислуга дома Щёлоковых была зачислена в штат МВД, и даже его печник был... майором милиции !

Любопытно, что во время расследования Щёлоков и Медунов помогали друг другу. Первый, будучи ещё министром внутренних дел СССР, уволил из милиции замначальника УВД Сочинского горисполкома Удалова и ещё нескольких руководителей, активно способствовавших разоблачению взяточников. Подключив Л. Брежнева, Щёлокову и Медунову удалось «свалить» даже руководившего расследованием заместителя Генерального прокурора СССР Виктора Найдёнова . В органах прокуратуры он восстановился только при .

Тем не менее, это коррупционное дело удалось довести до конца. Более 5 тыс. чиновников были уволены, примерно 1,5 тыс. человек осуждены на реальные сроки.

«На Героя денег не хватило»

Коррупция опутала советское общество задолго до признания самого факта её существования. В 1969 г. во время расследования «азербайджанского дела», стали известны расценки на приобретение госдолжностей. Стать судьёй стоило 30 тыс . рублей, 100 тыс . нужно было выложить за пост секретаря райкома . В Москве за должность директора магазина платили от 10 до 30 тыс . рублей, в зависимости от товарооборота. Напомним, что средняя зарплата по стране тогда составляла чуть более 100 рублей в месяц...

Доходило до смешного. В одной южной республике милиция накрыла 2 липовых колхоза. Один из «председателей» гордо носил на груди орден , второй – Золотую Звезду Героя Советского Союза . Следствие поинтересовалось, почему заслуги двух «одинаково уважаемых товарищей» были оценены по-разному. Обладатель ордена Ленина бесхитростно ответил: «На Золотую Звезду денег не хватило» .

История коррупции в СССР

В СССР чиновников стало больше по сравнению с дореволюционными временами во много раз, с самого начала образования СССР: на 1 000 жителей в 1922 г. их было 5,2 (для сравнения – в 1913 г. – 1,63 ); в 1928 – 6,9 ; в 1940 – 9,5 ; в 1950 – 10,2 ; в 1985 – 8,7 .

В Советской России взяточничество считалось контрреволюционной деятельностью, и Уголовный кодекс 1922 года предусматривал за это преступление расстрел.

В период после НЭПа, из-за отсутствия легального частного предпринимательства, начинается формирование теневого . Многие «теневики» были тесно связаны с миром коммерции периода НЭПа, но они представляли собой уже иной, отличный от нэповского тип частного предпринимателя. Непременными атрибутами этого нового социального типа были управленческая позиция и наличие неформальных контактов с непосредственным начальством, а также с ключевыми людьми из правоохранительных и контролирующих органов. У истоков российского теневого в предвоенное десятилетие стояли братья Зильберги , Яков Глухой , Яков Рейх .

В судебной системе и правоохранительных органах коррупция, благополучно перекочевав из царской России, продолжила своё существование и развитие буквально с первых дней Советской власти. Так в декабре 1917 года в Петрограде член следственной комиссии ревтрибунала Алексеевский практически открыто вымогал 5 тыс. рублей у директора ресторана «Медведь» за освобождение его предшественника. В 1926 году о злоупотреблениях судей в ЦК сообщает , среди прочего, в частности анекдотический случай: «В с. Ново-Воскресеновка Амурско-Зейского района нарсудья 1-го участка Ершов пьянствовал у спекулянтки и контрабандистки Карчемкиной. После попойки Карчемкина пьяная ездила верхом на нарсудье, об этом стало известно всей деревне…»

Взятки брались и деньгами, и натурой. «В 1947 год управлением милиции Ровенской области была арестована за взяточничество бывший следователь Ровенской городской прокуратуры Мазина. Мазина получила от директора государственной мельницы N3 г. Ровно Виюка – 470 кг муки за непривлечение его к уголовной ответственности по делу о расхищении муки; от владельца частного буфета в гор. Ровно Банникова – 8000 рублей за прекращение дела о нанесении им тяжёлого ранения гр-ну Насенкову, и от дезертира Побережного – 4000 рублей за прекращение на него дела» .

Коррупция затронула и высшие слои судейского сообщества. В мае-июне 1948 года проведённая в сотрудниками Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б) проверка показала, что «ряд работников Верховного суда Башкирии и зам. председателя Верховного суда злоупотребляли служебным положением, брали взятки и за это освобождали от наказания уголовных преступников, вместе пьянствовали с осуждёнными и привлечёнными к уголовной ответственности. В эту преступную деятельность были втянуты и технические работники Верховного суда, которые предоставляли свои квартиры для встреч этих работников с преступным элементом и пьянок» .

А в августе 1948 года, решением Политбюро были отстранены от работы семь членов Верховного суда СССР, включая председателя высшего судебного органа страны Ивана Голякова и его зама Василия Ульриха . Одной из причин послужили факты злоупотреблений служебным положением некоторыми членами Верховного суда СССР и работниками его аппарата, которые за взятки снижали меры наказания и освобождали преступников. В судебной и правоохранительной системе главными посредниками в передаче от подсудимых были адвокаты .

В 1948/49 гг. в СССР прошли три закрытых судебных процесса по коррупции. Из доклада прокурора СССР Григория Сафонова руководству страны следовало, что вся советская судебная система снизу доверху поражена коррупцией:

«Докладываю, что за последнее время Прокуратурой СССР вскрыты многочисленные факты взяточничества, злоупотреблений, сращивания с преступными элементами и вынесения неправосудных приговоров и решений в судебных органах Москвы, Киева, Краснодара и Уфы. Расследованием установлено, что эти преступления совершались в различных звеньях судебной системы, а именно в народных судах, Московском городском суде, Киевском областном суде, Краснодарском краевом суде, Верховном суде РСФСР и, наконец, в Верховном суде СССР… Хотя следствие по этим делам ещё далеко не закончено, однако только по арестовано 111 человек, в том числе: судебных работников – 28, адвокатов – 8, юрисконсультов – 5 и прочих – 70…

По делу Мосгорсуда арестована группа бывших членов Мосгорсуда, а именно: Гуторкина, Обухов, Праушкина и Чурсина, которая в течение последних двух лет являлась членом Верховного суда СССР, а также народные судьи Короткая, Бурмистрова и Александрова. Кроме того, арестован бывший председатель Московского городского суда Васнев. Как установлено следствием, все эти лица систематически, на протяжении нескольких лет, получали по судебным делам, а также совершали всякого рода злоупотребления, причём были связаны между собой в своей преступной деятельности… В Верховном суде РСФСР также вскрыты факты взяточничества и других злоупотреблений. Следствием установлено, что этим преступлениям способствовала нездоровая обстановка семейственности, существовавшая в аппарате Верхсуда…»

Арестованный за систематическое взяточничество бывший старший консультант Верхсуда РСФСР Попов К.Т., объясняя обстановку, способствовавшую совершению им преступлений, показал: «Моим преступлениям способствовала обстановка работы Верхсуда РСФСР, я бы сказал, семейственная обстановка. Никто из руководящих работников Верхсуда не останавливал сотрудников, которые приходили к ним с разными просьбами по судебным делам за родственников, за знакомых и т.д. Если бы не существовало такой обстановки, то, конечно, никто бы не решился делать подобные дела…»

Е.Жирнов в своей обзорной статье пишет: «Победили ли с помощью трёх закрытых процессов (1948/49 гг.) коррупцию? Конечно, нет. Ведь, к примеру, по делу Верховного суда СССР прокурор писал о двух судьях. А в решении Политбюро «О положении дел в Верховном суде » говорилось, что только за 1947 год было незаконно истребовано и пересмотрено 2925 дел. Вряд ли два человека могли справиться с таким потоком. Но главное в другом. Если судье разрешают преступить закон, исходя из государственно-политических интересов, стоит ли удивляться, когда он преступит его исходя из личных…»

Очередной виток развития коррупции пришёлся на вторую половину срока нахождения Брежнева у руля страны. Его стиль руководства со склонностью к внешним проявлениям власти, к распределению кормушек, снисходительное отношение к недостойному поведению некоторых ближайших родственников и выдаче наград даже самому себе, стимулировал и других следовать также. Руководители среднего уровня теперь уже не удовлетворялись служебной дачей, но, запуская руки в государственную казну, строили личные загородные дома, оформляя их на имя детей или внуков.

В СССР до начала 80-х годов тема коррупции открыто не поднималась . Простым гражданам навязывалось мнение, что коррупция для социалистического строя является нехарактерным явлением и присуща только буржуазному обществу. О том, что с середины 50-х годов до 1986 г. регистрируемое в уголовной практике взяточничество возросло в 25 раз , как противоречащий этой догме факт, не сообщалось.

Первым громким коррупционным делом советского периода стало дело фирмы «Океан» (1981-82). Из расследования этого было инициировано так называемое Сочинско-краснодарское дело, одним из обвиняемых по которому проходил первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС, член ЦК КПСС Медунов . Борьба со взяточничеством и злоупотреблениями органов власти активизировалась с приходом на пост Генсека Юрия Андропова в 1983 г.; тогда были начаты знаменитое «хлопковое» дело и дело Моспродторга, по которому был расстрелян директор Елисеевского гастронома Юрий Соколов.

В 70-80-е годы на бытовом уровне с нарастанием дефицита товаров , и в частности товаров качественных, модных и современных, коррупция пустила наиболее глубокие корни в системе торговли. Престижными становятся профессии грузчиков и рубщиков мяса, в народе ценилось знакомство с работниками торговли и посредниками, имеющими на них выход. Этот порок высмеивался в сатирических рассказах, выступлениях юмористов со сцены, в кинокомедиях, но оставался неискоренимым до либерализации цен .

В эпоху перестройки коррупция в высших эшелонах власти стала одной из наиболее резонансных тем. Всесоюзную популярность приобрели московские следователи Тельман Гдлян и Николай Иванов, расследовавшие «хлопковое» дело ещё при Андропове. В 1989 году после открытого заявления о взяточничестве в Политбюро , что не было подтверждено, оба были отстранены от следственной работы за клевету, исключены из и примкнули к демократической оппозиции.

Скандальный фильм оппозиционера Навального снова обнажил проблему коррупции в нашей стране. Наше общество стало привыкать к громким антикоррупционным разоблачениям: высокопоставленные чиновники, офицеры правоохранительных органов, мэры, губернаторы - казалось, уже ничто не может удивить российских граждан. Все изменилось после того, как на скамью подсудимых сел человек из первой десятки высокопоставленных чиновников - министр экономического развития А. Улюкаев. Пожалуй, это была вершина борьбы с коррупцией. Но Навальный замахнулся еще выше: на премьер-министра и президента. История разоблачений первых лиц государства не редкость в мировой практике: недавние события во Франции, Южной Корее, Аргентине дают понять, что даже главы государств бывают «нечисты на руку».

Проблема коррупции в России была во все времена. История зафиксировала разговор между Петром Великим и Александром Меньшиковым - вернейшим другом и соратником императора. Реформатор предложил второму лицу государства ввести смертную казнь за коррупцию, но Меньшиков прямо заявил, что в стране не останется подданных. Впоследствии историки установили, что бывший конюх сам был вовлечен в грандиозные коррупционные схемы.

Считается, что коррупция в СССР отсутствовала. Это любят подчеркивать многие коммунисты, патриоты, призывающие ввести смертную казнь за казнокрадство, и прочие люди, которые не углублялись в изучение данной проблемы. В статье мы постараемся ответить на вопрос: "Была ли коррупция в СССР?" И начнем мы повествование со сталинской эпохи, так как многие считают, что именно Иосиф Виссарионович смог победить склонность граждан к взяточничеству.

Борьба с коррупцией в СССР при Сталине

Сталин боролся как с внутренними политическими врагами, так и с коррупцией. Хочется сразу развеять миф: казнокрадов не ставили к стенке за «три колоска, украденных с поля», как сегодня многие из числа либерального и антисталинского крыла историков любят рассказывать. Конечно, перегибы были везде, и в период Великой Отечественной войны судили по всей строгости военного времени. Однако после войны Сталин вовсе запретил смертную казнь.

Коррупция в СССР была, но тотального расстрела за нее, как думают многие, не было. Только в 1950 году снова решают ввести расстрел, но только за шпионскую, разведывательную и антисоветскую деятельность. За экономические преступления к высшей мере не приговаривали.

Как боролись с коррупцией в СССР в период Сталина? Жесткими мерами: виновные получали по 15, а то и по 20-25 лет лагерей за подобные преступления. Многих из них амнистировали после смерти вождя, в 1953 году.

Особенность коррупции в СССР при Сталине

Коррупция в СССР заключалась не в многомиллионных взятках, переводах в зарубежные оффшоры, различных «откатах», а в использовании высокого служебного положения. Кумовство и родственные связи с чиновниками высокого ранга - главная проблема, разрушавшая социалистическое государство. Надо отдать должное Сталину: он не прикрывал проявления коррупции даже среди ближнего окружения. Даже его любимчик - Г.К. Жуков - попал в поле зрения госорганов по борьбе с «расхитителями социалистической собственности». Прославленного маршала обвинили в мошенничестве при сдаче боевых трофеев. Его дивизии первыми освобождали Европу, он командовал штурмом Берлина. Все ценные трофеи сначала попадали в его руки.

Жуков, конечно, не получил наказание по всей строгости советского закона, но его репутация серьезно пошатнулась после войны. Это повлияло и на службу: Жуков опустился по партийной лестнице, хотя многие связывают это с боязнью Сталина «народной любви» к Жукову.

Ленинградское дело

В 1949 году состоялось так называемое Ленинградское дело. Либералы и антисталинисты считают его политическим: мол, «кровавый диктатор» снова взялся за старое, начал борьбу с политическими противниками. Однако многие рассекреченные документы показали, что причина «Ленинградского дела» - коррупция в СССР.

Председатель Совета Министров РСФСР Родионов М. И. при содействии члена ЦК ВКП (б) Кузнецова А. А. вместе с высокими партийными чинами Ленинграда организовали сельскохозяйственную ярмарку. Проблема была в том, что товары для нее шли из общегосударственного фонда по поддержке других регионов. Фактически на ярмарке продали товары на 9 млрд рублей, которые должны были идти как помощь разрушенной стране. Сумма просто астрономическая для этого периода. Однако это не все: товаров было испорчено на сумму 4 млрд рублей по причине слабой организации ярмарки. Но и это еще не все: со всех уголков СССР за счет государства был организован съезд всех руководящих политработников. И все это происходило в условиях колоссальной разрухи и голода послевоенного периода.

«Ленинградское дело» вскрыло заговор?

Распутывание «Ленинградского дела» показало, что А. А. Кузнецов везде старался расставить своих людей. Принцип: «Ты - мне, я - тебе». В Постановлении Пленума ЦК партии по данному делу даже появился особый термин - «групповщина».

В ходе выявления всех лиц, связанных с данным делом, было установлено, что фактически вся сеть «своих» людей пыталась создать новую партию - РКП, а республику РСФСР отделить от СССР. Конечно, мы опустим такие подробности, так как это не имеет отношения к нашей теме, но скажем: знаменитое дело было начато как борьба с мошенничеством среди высших партийных руководителей. Многие фигуранты этого дела получили по 25 лет лагерей за «антисоветскую деятельность».

«Дело ткачей»

«Дело ткачей» также является антикоррупционным. После войны страна испытывала громадный дефицит товаров. Особо «умные» догадались: на этом можно неплохо заработать. Все началось с начальника межобластной конторы по распределению материалов для спецодежды Н. Тавшунского. Он неожиданно заметил, что после войны женщины значительно «отощали», а нормы - нет. Тавшунский давал взятки многим начальникам различных контор, а те закрывали глаза на то, что спецодежда маловата. Из украденного материала шили гражданскую одежду, которая мгновенно раскупалась. Предполагаемый ущерб - 215 тыс. рублей. Почти все жулики и взяточники получили долгий срок и до конца своих дней проклинали «кровавый режим» Сталина, хотя ни один человек по данному делу не был расстрелян.

«Хлебное дело»

«Хлебное дело» - крупнейшая коррупционная афера сталинского режима. Свое название оно получило по причине того, что вся преступная группировка работала в Росглавхлебе. Руководил ею начальник отдела снабжения М. Исаев. Коррупция проявлялась в том, что, используя взятки, подкуп, подарки, банда фактически покупала дефицитные товары с различных заводов.

Например, у кондитерской фабрики Исаев доставал сахар, у винодельной - вино, спирт, другие материалы. При больших объемах отследить соответствия ГОСТу было невозможно. Фактически в кондитерских изделиях было меньше сахара, в водке - спирта и т. д. Купить это в магазинах было нереально. Банда Исаева создала фактически «черный рынок». И все это в самое голодное для страны время. Ущерб государству был нанесен почти в 1.5 млн рублей. Бандиты украли 450 кг сливочного масла, больше 2.5 тонн повидла, почти 9 тонн муки и др. Конечно, с сегодняшним размахом коррупционеров не сравнить, но не стоит забывать, что люди в это время питались гнилым картофелем и кореньями, в хлеб добавляли опилки.

Коррупция послесталинской эпохи

После Сталина уровень коррупции в СССР был не просто высок, а запредельно высок. Страна разделилась на сферы влияния по распределению дефицитных товаров. С конца 1960-х по конец 1980-х гг. сложилась сложная коррупционная система клановых сдержек и противовесов. Национальные партийные руководители полностью срослись в схемы по распределению дефицита. Именно тогда окончательно сформировался принцип: «деньги есть у всех, но купить на них ничего нельзя». Фактически он просуществовал до «шоковой терапии» демократического правительства Е. Гайдара, когда сменился на другой: «купить можно все, но денег нет».

До середины 1960-х гг. фактически отсутствовала система противодействия коррупции в СССР. Наоборот, центральные власти использовали этот инструмент для поддержания лояльности и покорности. В любой момент можно было начать антикоррупционное дело против взорвавшегося сатрапа какой-нибудь республики. В свою очередь, руководитель области также мог использовать этот инструмент против подчиненных. Дефицит превратился в инструмент заработка, а кумовство и взяточничество - в инструмент лояльности. При такой системе отсутствовало наказание за коррупцию в СССР.

Конечно, были и громкие антикоррупционные процессы: дело Николая Щёлокова (министра внутренних дел с 1968-1982 гг.), дело «Океана» против заместителя министра рыбного хозяйства СССР, «Хлопковое дело» против начальника ОБХСС УВД Бухарского облисполкома Музаффарова и др. Однако подобные процессы напоминают, скорее, отстранение неугодных людей, нежели реальные процессы по борьбе с коррупцией. Что-то подобное мы наблюдали совсем недавно: дело против министра экономического развития Улюкаева.

Азербайджанский прецедент

Противодействие коррупции в СССР, вернее его попытки, предпринял Л. И. Брежнев. Он заметил опасную тенденцию: национальные партийные элиты срослись в серых коррупционных схемах с местными торговыми и промышленными кругами настолько, что это стало угрожать распаду Союза. Любой новый представитель власти в республиках либо блокировался местной элитой, либо сливался с ней.

Для борьбы с клановой системой в Азербайджане отправили нового главу КГБ республики - Гейдара Алиева. Нового человека никто не знал в лицо. Это дало Алиеву возможность своими глазами увидеть реальное положение дел. В ходе рейда было арестовано около 40 человек. После этого в магазинах появились многие дефицитные товары по нормальным ценам, продовольственные запасы опустели. Однако успех был недолгим: через два месяца главу КГБ знала в лицо вся республика, а новые вылазки оказались бесперспективными . Алиев обнажил и грандиознейшую проблему СССР: любую должность можно было купить за деньги. Продавалось абсолютно все: должности 1-секретаря райкома партии, прокурора, начальника отделения милиции, республиканских министров, ректоров вузов и др.

Итоги

Коррупция - настоящее зло нашего общества, с которым обязательно нужно бороться. Однако история нашего государства показывает, что эта проблема существовала во все времена. Даже жесткие сталинские меры не останавливали людей брать взятки, использовать свое служебное положение. Надеемся, что рано или поздно мы сможем справиться с данной проблемой.

Коррупция, как общественное заболевание, существует и борьба с ней в той, или иной степени ведётся во всех странах мира. Безусловно, Россия в этом плане не исключение.

Наличие разнузданной коррупции в России, прежде всего, на мой взгляд, обуславливается тем, что с одной стороны, многие люди, причём даже те, кто прослыли борцами с этой чумой своими громкими заявлениями и публикациями, становясь чиновниками полностью утрачивают честь, совесть (если они, конечно, имелись) и инстинкт самосохранения, и оказываются бессильными перед соблазном обогатиться путём мздоимства, причём имеющего порой грандиозные размеры (недавние примеры с мэром Ярославля Урлашовым и кировским губернатором Белых и пр.).


"Борцы с коррупцией" - жулик и вор Навальный и кировский экс-губернатор, коррупционер Белых на досуге

С другой стороны, мы, граждане, всё понимающие, часто и много размышляющие и рассуждающие о проблеме коррупции нередко сами становимся участниками чьих-то коррупционных делишек - то-ли это решение каких-либо вопросов при согласовании чего-либо в государственных структурах и органах, то-ли это решение проблем, связанных с нарушением административного, либо уголовного законодательства (те же пресловутые взятки сотрудникам ГИБДД).

Увы, нередко бывает так, что попавшийся на взятке коррупционер, являющийся широко известным, публичным лицом, чьим-то знакомым, другом, или родственником, вызывает бурю возмущения и негодования, дескать подставили бедолагу. Кое-кто ищет в этом политическую подоплёку (мол, как всегда Путин виноват и т. п.). В случаях с теми же вышеупомянутыми Урлашовым и Белых, вопли и стенания по которым со стороны либеральной, прозападной общественности не умолкают по сей день. При этом наиболее одиозные лидеры, так называемой, демократической оппозиции тему коррупции, как правило, используют для самопиара, в результате чего их потуги в этом плане зачастую выглядят смешно и нелепо. При этом, многие из них сами прославились, будучи государственными чиновниками своими тёмными делишками - Миша-2 % Касьянов, например.

История коррупции в СССР

В СССР чиновников стало больше по сравнению с дореволюционными временами во много раз, с самого начала образования СССР: на 1 000 жителей в 1922 г. их было 5,2 (для сравнения - в 1913 г. - 1.63); в 1928 – 6,9; в 1940 – 9,5; в 1950 – 10,2; в 1985 – 8,7.

В период после НЭПа из-за отсутствия легального частного предпринимательства начинается формирование теневого бизнеса в России. Многие «теневики» были тесно связаны с миром коммерции периода НЭПа, но они представляли собой уже иной, отличный от нэповского тип частного предпринимателя. Непременными атрибутами этого нового социального типа были управленческая позиция и наличие неформальных контактов с непосредственным начальством, а также с ключевыми людьми из правоохранительных и контролирующих органов. У истоков российского теневого бизнеса в предвоенное десятилетие стояли братья Зильберги, Яков Глухой, Яков Рейх.

В судебной системе и правоохранительных органах коррупция, благополучно перекочевав из царской России, продолжила свое существование и развитие буквально с первых дней Советской власти. Так в декабре 1917 года в Петрограде член следственной комиссии ревтрибунала Алексеевский практически открыто вымогал 5 тысяч рублей у директора ресторана «Медведь» за освобождение его предшественника. В 1926 году о злоупотреблениях судей в ЦК сообщает ОГПУ, среди прочего в частности анекдотический случай: «В с. Ново-Воскресеновка Амурско-Зейского района народный судья 1-го участка Ершов пьянствовал у спекулянтки и контрабандистки Карчемкиной. После попойки Карчемкина пьяная ездила верхом на народном судье, об этом стало известно всей деревне».

Взятки брались и деньгами, и натурой. «В 1947 год управлением милиции Ровенской области была арестована за взяточничество бывший следователь Ровенской городской прокуратуры Мазина. Мазина получила взятки от директора государственной мельницы N3 г. Ровно Виюка - 470 кг муки за непривлечение его к уголовной ответственности по делу о расхищении муки; от владельца частного буфета в гор. Ровно Банникова - 8000 рублей за прекращение дела о нанесении им тяжелого ранения гр-ну Насенкову и от дезертира Побережного - 4000 рублей за прекращение на него дела». Коррупция затронула и высшие слои судейского сообщества. В мае-июне 1948 года проведенная в Башкирии сотрудниками Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б) проверка показала, что «ряд работников Верховного суда Башкирии и зам. председателя Верховного суда злоупотребляли служебным положением, брали взятки и за это освобождали от наказания уголовных преступников, вместе пьянствовали с осужденными и привлеченными к уголовной ответственности. В эту преступную деятельность были втянуты и технические работники Верховного суда, которые предоставляли свои квартиры для встреч этих работников с преступным элементом и пьянок». А в августе 1948 года, решением Политбюро были отстранены от работы семь членов Верховного суда СССР, включая председателя высшего судебного органа страны Ивана Голякова и его зама Василия Ульриха. Одной из причин послужили факты злоупотреблений служебным положением некоторыми членами Верховного суда СССР и работниками его аппарата, которые за взятки снижали меры наказания и освобождали преступников. В судебной и правоохранительной системе главными посредниками в передаче взяток от подсудимых были адвокаты.

В 1948/49 г.г. в СССР прошли три закрытых судебных процесса по коррупции. Из доклада прокурора СССР Григория Сафонова руководству страны следовало, что вся советская судебная система снизу доверху поражена коррупцией: «Докладываю, что за последнее время Прокуратурой СССР вскрыты многочисленные факты взяточничества, злоупотреблений, сращивания с преступными элементами и вынесения неправосудных приговоров и решений в судебных органах Москвы, Киева, Краснодара и Уфы. Расследованием установлено, что эти преступления совершались в различных звеньях судебной системы, а именно в народных судах, Московском городском суде, Киевском областном суде, Краснодарском краевом суде, Верховном суде РСФСР и, наконец, в Верховном суде СССР… Хотя следствие по этим делам еще далеко не закончено, однако только по Москве арестовано 111 человек, в том числе: судебных работников - 28, адвокатов - 8, юрисконсультов - 5 и прочих - 70 … По делу Мосгорсуда арестована группа бывших членов Мосгорсуда, а именно: Гуторкина, Обухов, Праушкина и Чурсина, которая в течение последних двух лет являлась членом Верховного суда СССР, а также народные судьи Короткая, Бурмистрова и Александрова. Кроме того, арестован бывший председатель Московского городского суда Васнев. Как установлено следствием, все эти лица систематически, на протяжении нескольких лет, получали взятки по судебным делам, а также совершали всякого рода злоупотребления, причем были связаны между собой в своей преступной деятельности. … В Верховном суде РСФСР также вскрыты факты взяточничества и других злоупотреблений. Следствием установлено, что этим преступлениям способствовала нездоровая обстановка семейственности, существовавшая в аппарате Верховного Суда».

Арестованный за систематическое взяточничество бывший старший консультант Верховного Суда РСФСР Попов К.Т., объясняя обстановку, способствовавшую совершению им преступлений, показал: «Моим преступлениям способствовала обстановка работы Верховного Суда РСФСР, я бы сказал, семейственная обстановка. Никто из руководящих работников Верховного Суда не останавливал сотрудников, которые приходили к ним с разными просьбами по судебным делам за родственников, за знакомых и т. д. Если бы не существовало такой обстановки, то, конечно, никто бы не решился делать подобные дела…»

Е.Жирнов в своей обзорной статье пишет: "Победили ли с помощью трех закрытых процессов (1948\49гг) коррупцию? Конечно нет. Ведь, к примеру, по делу Верховного суда СССР прокурор писал о двух судьях. А в решении Политбюро «О положении дел в Верховном суде СССР» говорилось, что только за 1947 год было незаконно истребовано и пересмотрено 2925 дел. Вряд ли два человека могли справиться с таким потоком. Но главное в другом. Если судье разрешают преступить закон исходя из государственно-политических интересов, стоит ли удивляться, когда он преступит его исходя из личных".

В СССР до начала 80-х годов тема коррупции открыто не поднималась. Простым гражданам навязывалось мнение, что коррупция для социалистического строя является нехарактерным явлением и присуща только буржуазному обществу. О том, что с середины 50-х годов до 1986 г. регистрируемое в уголовной практике взяточничество возросло в 25 раз, как противоречащий этой догме факт, не сообщалось.

Первым громким коррупционным делом советского периода стало дело фирмы «Океан» (1981-82). Из расследования этого уголовного дела было инициировано так называемое Сочинско-краснодарское дело, одним из обвиняемых по которому проходил первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС, член ЦК КПСС Медунов. Борьба со взяточничеством и злоупотреблениями органов власти активизировалась с приходом на пост Генсека Юрия Андропова в 1983 г.; тогда были начаты знаменитое «хлопковое» дело и дело Моспродторга, по которому был расстрелян директор Елисеевского гастронома Юрий Соколов.

В 70-е - 80-е годы на бытовом уровне с нарастанием дефицита товаров, и в частности товаров качественных, модных и современных, коррупция пустила наиболее глубокие корни в системе торговли. Престижными становятся профессии грузчиков и рубщиков мяса, в народе ценилось знакомство с работниками торговли и посредниками, имеющими на них выход. Этот порок высмеивался в сатирических рассказах, выступлениях юмористов со сцены, в кинокомедиях, но оставался неискоренимым до либерализации цен правительством Гайдара.

В эпоху перестройки коррупция в высших эшелонах власти стала одной из наиболее резонансных тем. Всесоюзную популярность приобрели московские следователи Тельман Гдлян и Николай Иванов, расследовавшие «хлопковое» дело еще при Андропове. В 1989 году после открытого заявления о взяточничестве в Политбюро, что не было подтверждено, оба были отстранены от следственной работы за клевету, исключены из КПСС и примкнули к демократической оппозиции.

Вывод: С коррупцией, разумеется, бороться необходимо, но не популистскими заявлениями и лозунгами, а помимо применяемых государством мер профилактики и уголовного преследования, противодействовать этому явлению реальной агитацией и пропагандой, нацеленными на воспитание и привитие гражданам с молоком матери отвращения к нему, и всеобщей ненависти, презрения к мздоимцам, и пронырам-взяткодателям.

Когда мы слышим сегодня о воровстве бюджетных и внебюджетных средств, о хищениях на производстве, то искренне возмущаемся. При социализме появилась новая разновидность воровства - «хищение социалистической собственности», которое продолжалось все 74 года перехода страны от капитализма к капитализму…

Разумеется, тут же находятся защитники славного советского прошлого, которые берутся на пальцах утверждать, что в те времена порядка было больше, а воровали меньше. Но это как всегда - откровенное вранье. Сняты сотни фильмов советского периода, изобличающие данный вид особенностей социалистического благоденствия (столь любимые комедии Гайдая "Бриллиантовая рука", "Кража"). Журналы и газеты наподобие "Крокодила" пестрели статьями и тысячами карикатур на эту тему. Отрицать очевидное невозможно. Какова суть системы, которая принуждала людей к массовому воровству. Что произошло с моралью людей?


В государстве общей собственности, тотального дефицита и нищеты воровство стало нормой от уборщицы до директора.

В Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ) хранятся рассекреченные документы - письма МВД и прокуратуры в адрес отдела административных и торгово-финансовых органов ЦК КПСС по РСФСР за 1958 - 1964 годы. Каждые два-три дня правоохранительные структуры сообщали в ЦК о случаях хищения соцсобственности. Естественно, рапортовали не о всех, а только о резонансных, крупных и раскрытых преступлениях…


В июле 1964 года министр охраны общественного порядка РСФСР В. Тигунов отправил в ЦК сообщение о том, как в городе Ростове-на-Дону 34-летний слесарь Михайлов и его 30-летняя супруга в течение двух лет занимались подделкой троллейбусных билетов. Металлические штампы слесарь изготовил у себя дома, а бумагу купил в типографии местной газеты. И наштамповал аж 100 тысяч билетиков, которые с помощью кондукторов были реализованы...

Впрочем, воровали не только слесари и кондукторы. Как-то раз майским вечером 1964 года отдел милиции Ждановского райисполкома Москвы провел «спецоперацию»: вместе с комсомольским оперотрядом проверил рабочих колбасного завода № 3 Московского мясокомбината. В справке, направленной в ЦК КПСС, рассказывалось о том, как уборщица Сезина похитила из варильного цеха 16 килограммов любительской колбасы, привязав их к себе под одеждой. А другая уборщица, Васильева, украла 11 батонов вареной колбасы и 1 кг любительских сосисок на общую сумму 42 руб. Похищенные колбасные изделия Васильева привязала к туловищу и ногам. В общем, женщины сумели вынести на себе 120 килограммов колбасы, корейки, сосисок, фарша и других продуктов.


В милицейских справках по разным областям России перечисляется количество привлеченных к ответственности за хищения в течение нескольких месяцев. В одном месте - 15 тысяч человек, в другом - 30, в третьем - 60 тысяч… Тащили практически все - от скрепок до предметов культа. В Татарской АССР секретаря Казанской и Марийской епархий Козлова арестовали за то, что он организовал подпольное производство свечей и за полгода скрыл от учета и похитил продукции на 40 тысяч рублей.

Анатолий Черняев, с 1976 года бывший членом Центральной ревизионной комиссии КПСС, вел довольно подробный дневник, в который записывал свои впечатления. В нем довольно много говорится о содержании «закрытых» писем ЦК и секретных докладов, которые получал ограниченный круг лиц. В них приводились реальные цифры, иллюстрировавшие масштабы воровства в брежневские времена.

В 1977 году он записал: «В прошлый вторник на Секретариате ЦК обсуждался вопрос «О хищениях на транспорте». Я буквально содрогался от стыда и ужаса. Три месяца работала комиссия ЦК под председательством Капитонова. И вот что она доложила на Секретариате: за два года число краж возросло в два раза; стоимость украденного - в 4 раза; 40% воров - сами железнодорожники; 60% воров - сами работники водного транспорта; 9000 - 11000 автомашин скапливается в Бресте, потому что их невозможно передать в таком «разобранном» виде иностранцам; 25% тракторов и сельскохозяйственных машин приходят разукомплектованными; 30% автомобилей «Жигули» вернули на ВАЗ, так как к потребителю они пришли наполовину разобранными; воруют на много млрд. рублей в год; мяса крадут в 7 раз больше, чем два года назад, рыбы - в 5 раз больше».


Еще одна цитата: «Заместитель министра внутренних дел доложил, что в 1970 году поймали 4000 воров на железной дороге, в 1979-м - 11 000. Это только тех, кого поймали. А кого не поймали - сколько их?»

Самое позорное, отмечал Черняев, было то, что партийные руководители разного ранга были непосредственными участниками многих корыстных преступлений. В бюллетене оргпартотдела ЦК и КПК (он издавался «для служебного пользования») отмечалось, что многие работники райкомов, исполкомов, горкомов, начальники всяких трестов и объединений в Мурманской и Архангельской областях, имевшие возможность вне очереди купить дефицитные «Жигули» или «Волги», заработали на их перепродаже огромные деньги. И лишь только одного заместителя заведующего отделом пропаганды Мурманского горкома партии исключили из КПСС, остальные отделались выговорами…

Упоминает Черняев и про Ядгар Насриддинову, которая была председателем Совета Национальностей Верховного Совета СССР. Он писал в том же 1977 году: «Известно, что несколько лет назад ее сняли, потому что на делах по амнистии она набрала взяток на 23 миллиона рублей. Ей дали строгий выговор в КПК, однако сделали замминистра промышленности строительных материалов... Вернула она из 23 миллионов только 3. Причем в дальнейшем выяснилось, что вокруг действовала целая мафия: смертные приговоры преднамеренно выносились в делах, которые совсем необязательно требовали высшей меры, - чтоб легко было их отменить с помощью Насриддиновой».

В России во все времена вопрос коррупции был весьма серьёзным и являлся одной из первоочередных проблем страны. Ещё в конце XVIII века историк Николай Карамзин, когда во время путешествия по Западной Европе проживавшие там соотечественники спросили, что происходит на родине, ответил одним словом: «Воруют». Разумеется, с казнокрадством власть всегда пыталась бороться, но по большей части бессистемно – время от времени кого-нибудь из зарвавшихся чиновников сажали или вешали, а потом всё шло по-старому. Активные действия по сдерживанию и борьбе с коррупцией начались лишь после революции, смены государственного строя и прихода советской власти.

Одновременно с возникновением новых задач по стабилизации страны и выстраиванием новой административной структуры вырастали масштабы перераспределения ресурсов через государственные структуры, следствием чего стало увеличение штата чиновников. Старые кадры несли с собой укоренившиеся традиции, в том числе и коррупционные, а новые еще не были сформированы.

В. И. Ленин придавал большое значение этой проблеме. Известны высказывания главы Советского государства о необходимости искоренения взяточничества и строгого наказания взяточников и других лиц, причастных к этому преступлению. В пример можно привести письмо от 4 мая 1918 г Д. И. Курскому: «Необходимо тотчас, с демонстративной быстротой, внести законопроект, что наказания за взятку (лихоимство, подкуп, сводка для взятки и пр. и т. п.) должны быть не ниже десяти лет тюрьмы и, сверх того, десяти лет принудительных работ».

Незамедлительно был составлен декрет СНК «О взяточничестве» от 8 мая 1918 года, который стал первым антикоррупционным актом молодой Советской России и положил начало долгой, тяжёлой и во многом, как бы это грустно не звучало, безуспешной борьбе с коррупцией в стране.

Актом была предусмотрена серьёзная уголовная ответственность: лишение свободы сроком не менее чем на пять лет с принудительными работами. Он касался не только людей, берущих взятки. Наказывались взяткодатели, подстрекатели, пособники, а также все причастные к даче взятки служащие.

Во времена военного коммунизма распространёнными явлениями были махинации с продовольственными карточками, которые выдавались «своим», происходило разворовывание материалов и подлог.

Новый виток процветания взяточничества пришёлся на период НЭПа, когда вновь возникла предпринимательская деятельность. В сентябре 1922 года создаётся специальная комиссия по борьбе с взяточничеством во главе с Ф. Э. Дзержинским. Особой эффективностью данный аппарат не отличался, но опыт комиссии послужил основой для последующих ведомственных учреждений и построения антикоррупционных институтов. Создавалось бесчисленное количество комитетов и комиссий, происходили сокращения аппарата, но следует отметить, что на общую ситуацию в стране это не повлияло.

С принятием уголовного кодекса 1922 года было выполнено указание Ленина «Со взяткой и пр. и т. п. государственное политическое управление может и должно бороться и карать расстрелом по суду. ГПУ должно войти в соглашение с Наркомюстом и через Политбюро провести соответствующую директиву и Наркомюсту и всем органам». Законодательно ужесточилось наказание, прописывалось, что коррупция и взяточничество признаётся контрреволюционной деятельностью и караться ничем, кроме расстрела, не может. Увы, несмотря на серьёзность и жестокость уголовных норм, коррупция не была преодолена и активно набирала обороты.

Поднялся вопрос о создании осведомительских сетей в государственных учреждениях, проще говоря, «доносчиках», и 4 октября 1922 года принимается специальное постановление Совета Труда и Обороны о премировании лиц, заявивших и содействующих раскрытию взяточничества. Данная схема на тот период была достаточно эффективна и позволяла задействовать в антикоррупционных схемах рядовых граждан.

Впоследствии, при сворачивании НЭП, поспешным поступлением от высшего руководства страны заявления о победе над взяточничеством и замалчиванием фактов её проявления, борьба с коррупцией начала сворачиваться, ликвидируя соответствующие ведомственные комиссии.

Из данных А. Эстрина, на момент 1923 года примерно 32% всех должностных преступлений были взяточничеством, уже на момент 1924 года происходит рост до 40% с последующим резким снижением до 10% к 1926 году. Однако на фоне резкого улучшения ситуации наблюдается катастрофическое ухудшение положения, связанного с другими формами корыстных злоупотреблений: растратами и должностными подлогами. Происходит ощутимый скачок с 20% в 1923 году до 67% в 1926 году.

Наркомат юстиции СССР в целях сокращения масштабов коррупции принял решение единовременно и повсеместно назначать к слушанию дела о коррупции, параллельно освещая данные действия в газетах, тем самым создавая видимость массовой и организованной судебно-карательной кампании. Примерно за полгода за взяточничество было осуждено 3265 человек, однако 1586 из них оправдали. Впоследствии, когда власть сосредоточилась в руках Сталина, антикоррупционное законодательство ужесточили. Пленум Верховного суда в 1929 году определил, что классифицировать как взятку следует все передаваемое должностному лицу имущество. Сюда относились подарки любого типа. Совместительство в двух и более учреждениях, находящихся в товарообменных или торговых отношениях, соответственно приравнивалось к факту дачи взятки со всеми вытекающими из этого последствиями. Закрепились сдерживающие факторы коррупции – всеобщее доносительство, повсеместный контроль и небывалые полномочия репрессивных органов.

В военное время коррупция только разрасталась, а на решение данной проблемы попросту не хватало ресурсов, как материальных, так и человеческих. Воровство продовольствия интендантами, махинации с карточками – зачастую во время войны на это закрывали глаза, лишь бы службы работали. В военное время квалифицированных кадров не хватало, но после окончания боевых действий коррупционеров начали «зачищать».

В период с 1948 по 1949 годы в СССР для осознания масштабов проблемы коррумпированности в стране высшее руководство инициировало ряд закрытых процессов по делам, связанным с коррупцией, в Московском городском суде, Киевском областном суде, Краснодарском краевом суде, Верховном суде РСФСР и, наконец, в Верховном суде СССР. Было выявлено огромное количество должностных злоупотреблений, после чего был представлен доклад от прокурора СССР Г. Сафронова, из которого следовало, что вся судебная система насквозь пронизана коррупцией.

В целом к началу 50-х годов наблюдались крупные успехи в борьбе с коррупцией, множественная атрибутика, призывающая граждан к её уничтожению, и в целом создание в стране атмосферы всеобщего доносительства сыграли свою роль, пропаганда работала хорошо, и коррупция начала искореняться на подсознательном уровне.

Во времена правления Хрущёва и Брежнева произошло ослабление общественного и государственного контроля, что способствовало смягчению проводимой антикоррупционной политики. Было смягчено наказание за получение и дачу взятки, появилась возможность вовсе избежать ответственности в том случае, если взяткодатель содействует следствию и взятка вымогалась. Такая мера была направлена на снижение уровня получения взяток и поддержку «оступившегося гражданина».

В целом проводимая антикоррупционная политика являлась скорее показательной, а коррупционные скандалы использовались зачастую для уничтожения политических противников. На эти годы приходится укрепление коррупционных сетей, и система пронизывается ими сверху донизу. Например, к концу жизни Л. Брежнева в составе ЦК КПСС оказались его сын, на посту первого заместителя министра внешней торговли, а также его зять – первый заместитель министра внутренних дел. Такое же положение дел сложилось и на других уровнях управления. Кумовство захватило государственный аппарат. Следует отметить, что во многих случаях того времени правоохранительные органы были осведомлены о фактах злоупотребления должностными полномочиями, более того, зачастую сами были причастны к махинациям.

Последняя попытка совладать с коррупцией была предпринята, когда пост Генерального секретаря ЦК КПСС занял Юрий Андропов, который рискнул разворошить муравейник. Во всех республиках СССР начались грандиозные расследования и розыск всех, кто, возможно, был причастен к взяточничеству. Особое внимание уделяли нетрудовым доходам, спекуляциям и злоупотреблению в торговой деятельности. Одновременно с усилением влияния КГБ проводилась серьёзная, но аккуратная чистка партийного и государственного аппарата. Результаты не заставили себя долго ждать. Было выявлено огромное множество случаев коррупции. Подняты самые скандальные и неудобные для советского руководства дела.

В самой структуре КГБ для предотвращения актов коррупции среди кадрового состава была принята модель взаимной поддержки, позволяющая помогать офицерам в сложных материальных ситуациях.

В совокупности с контролем над всеми сферами жизни это позволило офицерам выполнять свои прямые обязанности без нарушения законодательства и получения взяток.

Борьба Юрия Андропова принесла существенную пользу обществу и стране в целом, были остановлены самые обнаглевшие высокие должностные лица, но, увы, в дальнейшем успех не был закреплён.

Для России на всех этапах её развития вопрос коррупции стоял остро, на протяжении многих лет проблема замалчивалась, а факты заминались. Успехи в данном вопросе были лишь во времена тоталитарного правления Сталина и резких мер, проводимых Юрием Андроповым. С каждым годом на протяжении советской истории росло количество задержанных по коррупционным делам, но успех был только на бумаге, на практике же было видно, что коррумпированность системы только усиливается.

Сдерживающим фактором развития коррупции выступал страх, и не столько тюрьмы, хотя этот фактор, естественно, присутствовал, сколько общественного и семейного порицания, ведь страх потерять почётное рабочее место, а так же подставить под удар всю семью был непреодолим для большинства партийных работников.

В заключении хочется отметить, что хотя советский период российской истории пестрит фактами коррупции и взяточничества, даже самые скандальные советские дела, например, «азербайджанское», «икорное» или дело фирмы «Океан», по масштабам и близко не стоят рядом с современными коррупционными практиками, причем довольно обыденными.

Дмитрий Сорокин